Чтобы лучше понять парадокс, надо окунуться в него с головой. Такое правило в студии режиссёра-постановщика Алексея Левинского «Театр» считается непреложным, хоть и неписаным. Служение абсурду не терпит суеты, особенно если речь идёт о театре. Клоун-философ строго отмеряет дозы сумасшествия, игра актёров граничит с размеренностью Безумного чаепития, режиссёр с сосредоточенным скоморошничеством продумывает тонкости новой постановки. Режиссёр выходит на сцену в роли Алисы Льюиса Кэрролла? Легко. Дворники в амплуа восточных мыслителей? Почему бы и нет? Можно ли интерпретировать Кафку на сцене в духе японского Шекспира? Узнаем на спектакле в двух частях «К вопросу о законах» в [Открытом Клубе].

Могут ли найтись общие темы для разговора у политика и певца, у журналиста и поэта, у агитатора и радио-ведущего? А для совместного выступления на сцене? Будут ли хоть в чём-то схожими их взгляды на политику, власть, искусство? Или общим будет только категорическое неприятие точки зрения собеседника? Ответы на эти вопросы даст ток-шоу автора-исполнителя, ведущей на радио «Эхо Москвы» Нателлы Болтянской и политического деятеля, независимой журналистки Валерии Новодворской под названием «О политике и не только…».

Размытые контуры зданий, несколькими штрихами очерченные лица и фигуры людей, пастельные цветы и карандашные дороги, уводящие в горы, — мир художника Александра Лабаса чем-то напоминает эскиз. Штрихи слишком лёгки для завершённой картины, линии – размыты, краски, даже самые яркие, кажутся прозрачными. Столкновение противоположных друг другу мотивов — движения и ритма, рисунка и цвета — пожалуй, единственная постоянная переменная, которую можно отыскать в любой картине художника. Снова взглянуть на мир глазами мастера беспредметной живописи первой половины ХХ века можно будет на выставке работ художника в [Открытом Клубе].

Окунуться в жизнь со всей её беззвучной трескотнёй и бубенчиками, услышать, как гремит и становится ветром разорванный на куски воздух, и чудным звоном заливается колокольчик, пока несутся по пыльной дороге неведомые свету кони — путешествовать по миру «Мёртвых душ» любым другим образом невозможно при всём желании. Иначе поблекнут знакомые с детства краски, герои потеряют привычные лица, а писатель, дерзнувший вызвать наружу всю тину мелочей, навсегда опутавших нашу жизнь, покажется незнакомцем. Впрочем, собираясь на литературный вечер Елены Волжиной, посвящённый гоголевской поэме, этого опасаться не стоит. Ведь какой же русский не любит быстрой езды?

Найти единственно верное руководство по защите собственного достоинства – задача из разряда неосуществимых. Проще найти наиболее эффективное, поскольку в деле правозащиты всё зависит от уникальности случая и опыта человека, прибегнувшего к ней. Своим опытом в Клубе Политических Дискуссий поделится экономист, публицист и правозащитник Ирина Ясина на встрече под названием «Опыт правозащиты и защиты собственного достоинства».

«Поэзия – это болезнь. Я надеюсь, что высокая». Рассматривать искусство иначе – пустая трата времени, полагает счастливый обладатель голосов Александра Блока, Анны Ахматовой, Андрея Белого, Михаила Зощенко, Владимира Маяковского, Сергея Есенина и многих других поэтов серебряного века Павел Крючков. На своём вечере «Звучащая литература» литературный критик, музейный работник, звукоархивист и заведующий отделом поэзии журнала «Новый мир» познакомит слушателей со своей коллекцией звукозаписей писателей и поэтов рубежа XIX – XX веков.

Двенадцатилетний Антуан Дуанель — трудный подросток. Его мать занята личной жизнью, и у нее нет ни времени, ни желания вникнуть в проблемы сына. Отчим — человек слабохарактерный, не имеет влияния ни на жену, ни на сына. Учитель лишь наказывает мальчика. Антуан и его приятель все реже посещают школу, сбегают из дома. Ни к чему хорошему все это не приводит.

Классический балет сродни гипнотическому сеансу. Одно неверное движение — и вся красота пластики и грации рушится быстрее карточного домика. Поэтому, по словам балетмейстера и бывшего солиста Большого театра Михаила Лавровского, балет может быть либо очень плохим, либо очень хорошим. Именно такой танец Жак д`Амбуаз, классический премьер труппы New-York City Ballet, называл ритмом жизни, который передаёт время и движение в в счастье и радости, грусти и зависти. В чём ещё пересекались взгляды представителей двух традиций балета, узнаем на вечере «Русские педагоги в американском балете».

Что роднит старину и новизну, фантастику и обыденность, доброе лукавство и хитрое озорство, кажущуюся простоту и скрытую от невнимательных глаз мудрость? Только сказка. Творчество художницы Татьяны Мавриной – наглядное тому подтверждений. Небо не станет пёстрым и кудрявым или сизым и опаловым, хвост сороки не разгонит облака, жаворонки не вычертят причудливых узоров на воздушном полотне, а учёный кот не расскажет никому своих историй, расхаживая по золотой цепи, пока художник не вспомнит об этом жанре. Ведь вся правда – в сказках. Убедиться в этом можно на выставке картин Татьяны Мавриной «Букет».

15.00 — Презентация книг издательства «Вебов и Книгин»

В каком тоне рассказывать о Екатерине Фурцевой? Писать ли панегирик единственному министру-женщине в правительстве Советского Союза, который вошёл в десятку лучших государственных деятелей нашей страны? Или сочинять пасквиль на министра культуры, из-за апатии которого в СССР так и не состоялись гастроли The Beatles и The Rolling Stones? В любом случае рассказ о судьбе Екатерины Фурцевой не может получится бесстрастным. Так это или нет, узнаем на вечере театроведа Бориса Поюровского, который он посвятит Екатерине Фурцевой.

Марк Бернес никогда не пел песен. По воспоминаниям современников, готовясь к выступлению, он всегда говорил: «Я расскажу вам песню». После аплодисментов благодарных слушателей он был готов петь ещё и ещё, даже если тем самым заставлял ждать высокое начальство ждать за кулисами. Марк Бернес не считал песню своей профессией, потому что прежде всего он – артист кино. Когда ему однажды долго не давалась роль, он попросил режиссёра найти кого-то на замену. Делать этого не пришлось благодаря начинающему парикмахеру, которая по неумению наградила Марка Бернеса голым затылком, короткими висками и неровной чёлкой, а фильм «Два бойца» – солдатом Дзюбиным в его исполнении. О других деталях из жизни Марка Бернеса расскажет переводчик и литературный критик Михаил Рудницкий.